внизу стихи. экзотический материал для сайта. поэтому и реакции особенной не жду. на любителя.
оно уже две недели лежит и ждет своего часа, не смею его больше обижать:

извозчик на вечер планы строит
верх откидной экипаж раскроет
и этим нечто от зрителя скроет
в испуге девчачьи лица
как утопленник в океане перин
простывший мсье запьет аспирин
на стылый мрамор фигурных перил
залезет самоубийца

огромным пальцем (не покидая пледа)
весь в белилах художник негр
(он видел все, за исключеньем снега)
посыплет драже открытки
ругаясь и ржа мимо праздничной ели
матросы спешат проникнуть в бордели
мальчишка облизывает карамели
глазами в высокой витрине

в красивой улице павших ниц
скользнет по голым коленкам девиц
вздирая юбки, не видя лиц
взгляд состоятельных стариков
плененный ароматами шей
как плесневый запах жуков и вшей
забытых расчесок, волос и мышей
в завивке чужих париков

по Сен-Мишель на втором этаже
в актовом зале юнец протеже
фрау Штульц пожилой госпоже
расстраивает пианино.
нелепым движением пальцев
испортит модные вальсы
наш папа умер. мы иностранцы.
кучер вези в столицу

сестра побледнев не услышит ответа
вдруг щегольным смехом зальется карета
так город встречает два новых портрета
в виньетке овальной на память
Закопанных где то подальше от города
Где жгут сюртуки и дохнут от голода
на плитку им спишут остатки олова
и так никогда не поставят

картинка а к ней стих или стих а к нему картинка. выбор за вами господа.



Обсерватория пуста
коперник мертв
и телескоп оставшись без внимания
ржавеет; здание
в котором трубы
некогда кривлявшись без конца
лизали небо в поисках Творца
теперь лишь морг.
но вот спустя десяток лет
созвездия глаза открыли
теперь наверно их черед подсматривать за ним
вот только купол из стекла давно прогнил
под одеялом пыли
заплесневел ламбер.
хлеб с маслом черств
и все останется в оставленных местах
навеки сохранится здешний
безвкусный неуспешный
интерьер
коперник мертв
обсерваторияя пуста.

Подвалы великих открытий
Приборов холодный металл
Дыхание жизни похитил
Спасением страждущих стал

Он лечит все жгучие язвы
Он души вскрывает ножом
Миазмов кипучей заразы
Ты будешь навеки лишён

Отдай все сомнения стали
Надежду из глаз отпусти
Любовь для пустых и усталых —
— Пусть холод внутри заблестит!

Твой череп, истерзанный страхом
Латунные скрепы пронзят
Назло миродержащим пряхам
Вбивающим в душу «нельзя!»

В тебе — все несчастия мира
В твоей ослабевшей груди
В той яме, что сам себе вырыл,
В станке, что тебя породил

Но руки умелых учёных
Исправят неверный проект
На место сердец и печёнок
Ввернут шестерёнки навек

Поправят ошибки и сбои
Почистят весь спектр частот
В холодном венозном растворе
Бесстрастный рассудок цветёт

Ты станешь исправным и чистым
Ты станешь венцом бытия
Пустые ненужные мысли
Оставят навеки тебя

Отлаженной чётко машиной
Чеканной, взведённой, литой
На тросах, валах и пружинах
Прошествуешь в Век Золотой!

P.S. Под музыку Эльфмана и диалог с одним юношей ВКонтакте и написано.

Глава — 1
Глава — 2
Глава — 3
Глава — 4
Глава — 5
Глава — 6
Глава — 7
Глава — 8
Глава — 9
Глава — 10

Толстые, не менее 20 дюймов толщины, двери тихо захлопнулись, звякнув массивными круглыми ригелями с детскую руку в обхвате. Сгорбленная фигура в однотонном тёмном балахоне постояла несколько секунд, словно прислушиваясь к чему-то. Но кроме шуршания и слабого всхлипывания вентиляции, ни один звук не доносился, да и не мог – это были уже третьи двери, предотвращавшие любые попытки проникнуть «не посвящённых» извне.

( Читать дальше )

Окончание.

Мы наконец-то выдохнули; пираты восхищенно, хотя и с опаской заговорили, и в основном, если убрать большую часть ругани, их слова сводились к «раздери меня черт, чтоб я видел еще хоть кого-то, кто так летает».


( Читать дальше )

Продолжение.

Так вот, когда имперцы уже почти праздновали победу, а у раненого, уставшего от битвы Когвелла просто не было времени рассчитать окончание слепой ночи, он резко вывернул корабль вверх, в единственный скальный проход, на свет вновь воссиявшего малого солнца, с двумя боевыми фрегатами на хвосте, и слишком поздно заметил подвох.
Иными словами, не выжил никто. Пустые фрегаты и «Лигейю» почти сразу же разбило о скалы, и подоспевшие «охотники» даже не сразу поняли, что здесь произошло.


( Читать дальше )

Продолжение.

Я не знаю, во сколько этот корабль обошелся Когвеллу – долей золота, крови, жизней; я не знаю, где и как он добыл его – трудно представить, что в одиночку, но никто из нашей восьмерки не принимал в том участия. Мне известно только, что пятого марта этого года «Орфей», пришвартованный в безымянном, с гусиный клюв размером заливчике неподалеку от лондонской перемычки, закончил комлектовать команду, приняв на борт доктора медицины и хирургии Иеронима Грача, нанятого невероятным образом воскресшим пиратским капитаном Когвеллом на его новый корабль вплоть до завершения задуманного им похода к центру неба.


( Читать дальше )

История об альтернативной викторианской Англии, пиратском капитане, его гибели, возвращении и странном походе, который он затеял со своей старой командой, рассказанная от имени судового врача.
Надеюсь, эта история получилась максимально в стимпанковском духе и стиле :)

История гибели капитана Когвелла была путаной, как дрянные снасти в шквал, и темной, как сажа, но очень, очень громкой – разве может быть иначе, когда имперские фрегаты наконец-то загоняют в угол самого известного корсара последних лет?


( Читать дальше )

3



( Читать дальше )

2



( Читать дальше )